Вестник русской флоры

Замѣтки къ флорѣ сѣверной Россіи.
К. В. Регель (Петроградъ)
.

При обработкѣ гербарія, собранного мною на Кольскомъ полуостровѣ въ 1911, 1912 и 1913 г. г., я натолкнулся на рядъ формъ, не достаточно изученныхъ въ предѣлахъ изслѣдованной мною области. Кромѣ того мною было собрано нѣсколько видовъ, новыхъ не толъко для флоры Колъскаго полуострова, но и всей Фенноскандіи), или же вообще рѣдкихъ въ предѣлахъ этой области. Результатъ этихъ своихъ занятій излагаю въ настоящей статьѣ, присовокупляя, что я намѣреваюсь дать впослѣдствіи подробный формаціонный очеркъ растительности Кольскаго полуострова съ распредѣленіемъ растеній по сообществамъ.
Относительно вопроса о таксономическихъ единицахъ я позволю себѣ замѣтитъ слѣдующее. Бинарными названіями я назвалъ тѣ растенія съ наслѣдственными признаками, систематическое значеніе которыхъ соотвѣтствуетъ географическимъ видамъ Р. Э. Р е г е л я2) или расамъ (subsp.) Семенова Тянъ-Шанскаго 3) совершенно не касаясь вопроса о томъ, слѣдуетъ ли ихъ называтъ расами или видами или подвидами и т. п. терминами.
1) Подъ названіемъ "Фенноскандія" W. Ramsay (Uber die Geolog. Entwircklung der Halbinsel Kola, Fennia 16) объединяетъ Швецію, Норвегію, Финляндію а также и Русскую Карелію, сѣверную часть Олонецкой и западную часть Архангельской губ., въ томъ числѣ и Кольскій полуостровъ, которыя въ геологическомъ и естественно-историческомъ отношеніяхъ имѣютъ большое сходство и несомнѣнно принадлежатъ къ отдѣльной, хорошо ограниченной, географической области Европы.
2) Р. Э. Регель. Селекція съ научной точки зрѣнія. - Труды Бюро по прикладной ботаникѣ. V (1912). № 11, стр. 513.
3) А. П. Семеновъ Тянъ-Шанскій, Таксономическія границы вида, р. 18.
Разновидностями (varietas), или точнѣе, географическими разновидностями, я назвалъ растенія съ ненаслѣдственными, на мой взглядъ, признакими. Онѣ указываютъ результатъ амплитуды колебанія признаковъ у данной систематической единицы, но не въ предѣлахъ нашей флоры, какъ мы читаемъ у Пачоскаго1), а въ предѣлахъ извѣстнаго географическаго ареала, подъ вліяніемъ физико-географическихъ и климатическихъ условій. Такъ напр., только на крайнемъ сѣверѣ встрѣчается разновидность Solidago virgaurea var. lapponica, постепенно переходящая въ болѣе южныхъ мѣстахъ въ типичную Sol. virgaurea. Формами я наз-валъ тѣ растенія, характерные признаки которыхъ отклоняются въ ту или другую сторону въ зависимости отъ извѣстныхъ внѣшнихъ условій, но не въ предѣлахъ опредѣленнаго ареала, а по-всюду, гдѣ означенныя условія встрѣчаются. Моя "форма" такимъ образомъ соотвѣтствуетъ морфѣ (morpha) Семенова Тянъ-Шанскаго. Въ заключеніе приношу свою благодарность Имп. Ботаническому Саду Петра Великаго за разрѣшеніе заниматься въ Гербаріи и пользоваться его Библіотекой, а также и Р. Р. П о л е за цѣнные совѣты и указанія, въ особенности въ области литературы по сѣверу.

Pinus silvestris L.
На вершинѣ Екатерининскаго острова у г. Александровска, на сухой почвѣ, мной найдена сосна, высотою ок. 5 сант. Ближайшія окрестности Александровска покрыты типичными тундровыми сообществами, и толъко подъ защитою скалъ встрѣчаются группы корявыхъ березъ. Сосна произрастаетъ только значительно дальше, напр., въ Средней губѣ, на восточномъ берегу Кольскаго залива, гдѣ растительность имѣетъ гораздо болѣе южный характеръ, чѣмъ у Александровска. Тѣмъ неожиданнѣе является здѣсь произрастаніе сосны, которая, очевидно, взошла изъ случайно попавшаго на Екатерининскій островъ сѣмени. Ввиду незначительныхъ размѣровъ найденнаго мною экз. сосны, трудно рѣшить вопросъ, слѣдуетъ ли ее отнести къ var. Іарропiса Fr.

Polystichum lonchitis (L.) Roth; Christensen, Index 584.
Этотъ папоротникъ мною найденъ на Рыбачьемъ полуостровѣ въ трещинѣ скалы въ ущельѣ горной рѣчки, вливавшейся въ бухту Озерко.
1) I. П а ч о с к і й. Херсонская флора. I. 1913, р. VL.
На Кольскомъ полуостровѣ Pol. lonch. былъ пока найденъ тодько на высокихъ горныхъ массивахъ въ центрѣ полу-острова, на высокихъ горахъ на восточномъ берегу Нотозера, гдѣ его собирали Linden1), Envald и Hollmen2). на Чыньтундрѣ (собр. Поле, въ Герб. Бот. Сада Петра Вел.) и возлѣ Кандалакши (собр. Nylander, N. I. Fellman, Sahlberg и др., см. Hjelt, Consp. l. с.). Cryptogramma crispa (L.) R. Br.; Christensen, Index 187. Найденъ мною, какъ и предыдущій видъ, въ бухтѣ Озерко на Рыбачьемъ полуостровѣ, между плитками песчаника, на по-крытой тундрою горѣ, совмѣстно съ Cassiope hypnoides. До сихъ поръ этотъ папоротникъ указывали толъко для центральной Лапландіи, а именно на горахъ на восточномъ берегу Нотозера (собр. Linden, Envald и Hollmen)., l. с.), Чыньтундрѣ (собр. Поле, Герб. Бот. Сада П. В.), Kuahtwum (собр. Kihlman, Герб. Бот. Сада П. В.). См. также Hjelt, Conspectus . I, р. 32. На Мурманскомъ побережьѣ этотъ папоротникъ, также какъ и предыдущій, въ предѣлахъ Русской Лапландіи еще не былъ найденъ.

Poa irrigata C.A. M. Lindman f. rigens (Hn.).
C.A. M. Lindman , Bot. Notiser.. 1905, 1 b. р. 90. - Poa pratensis L. f. rigens Hn. Skand. Fl. ed. 1870, р. 262; Kneucker, Gram. exsicc.. № 462. Найдена мною въ Вайда губѣ на Рыбачьемъ полуостровѣ на терассѣ, покрытой лугами. Отличается отъ Poa arctica R. Вг., съ которой имѣетъ очень большое сходство, болѣе длинными, узкими и острыми колосковыми пленками, ясно замѣтными жилками на пленкахъ и болѣе свѣтлой окраской колосковъ. Собранное мною растеніе совершенно сходно съ растеніями, собранными Andr. Noto на лугахъ вблизи Tromso въ Норвегіи и изданныыи Кнейкеромъ. Poa arctica R. Вг., іn Parry's first voyage. Suppl. to the Appendix. pag. 288. - Poa cenisia All. Mela-Caj. pag. 88; Hjelt, Consp. I, pag. 415; Neum. Sv. Fl. р, 744; Ostenfeld, Fl. arctica, р. 122. - P. cenisia All.. 2. flexuosa )W.g.) et 3. depauperata (Fr.)
1) Linden, Beitrage zur Kenntnis des westlichtn Teiles des russishen Lapplands. - Fennia. 9, 1894. № 6, р. 16.
2) Hjelt, Conspectus florae fennicae. I, р. 46. And. Gram. Scand. pag. 37.- Р. flexuosa W. g. var. arctica R. Br. Blytt, Norges Flora (1906), pag. 100.- P. flexuosa W g. Lge. Consp. Florae Groenl. p. 178.
Встрѣчается довольно часто по сухимъ тундрамъ (напр., у устья Пялки), арктическимъ лугамъ, иногда даже на пастбищахъ (с. Поной.). Собрана мною у устья р. Пялки, въ с. Поноѣ, Нарловкѣ, Александровскѣ. Скандинавскіе ученые, какъ напр., Neuman, Mela и Cajander, Hjelt, Ostenfeld приводятъ для сѣверной Европы и для Гренландіи вмѣсто Poa arctica - Poa cenisia. Другіе, напротивъ, какъ напр., Андерсонъ, разсматриваютъ Poa arctica какъ разновидность flexuosa. Poa cenisia не является однако синонимомъ для Poa arctica. Уже Lange (Consp. 1. с.) говоритъ, что если разсматривать Poa cenisia All., какъ синонимъ Poa distichophylla Gand., какъ это дѣлаютъ Grenier и Godron, то оба эти злака хорошо отличимы другъ отъ друга. Въ дѣйствительности Poa cenisia All. совсѣмъ не встрѣчается на сѣверѣ и въ частности въ Фенноскандіи, такъ какъ замѣняется здѣсь циркумполярною Poa arctica R. Br.) По Ascherson и Graebner, Synopsis. III. р. 404. Poa cenisia обладаетъ слѣдующими признаками. Все растеніе сѣровато-зеленое, высотою въ 25-30-40 ст. Корень ползучій. Метелка длиною. въ 1 дец., пирамидадьно-развернутая, рѣже сжатая. Вѣтви метелки съ 4 колосками, съ одной, рѣже съ двумя вѣточками у основанія. Колоски длиною до 7 mm., обыкновенно съ фіолетовымъ оттѣнкомъ (По моимъ наблюденіямъ отношеніе между длиной и шириной колоска равнялась 6-7-7,5 mm. X 2-3-4 mm.). Колосковыя пленки ланцетныя, заостренныя, длиною въ 5 mm., съ почти прямымъ килемъ. Нижняя (наружная) пленка острая, съ опушеніемъ на 2/3 спинки и 1/2 края. Въ Общемъ Гербаріи Ботаническаго Сада Петра Великаго мною просмотрѣны экз. Poa cenisia All., соотвѣтствующіе описанію Ашерсона, между прочимъ изъ слѣдующихъ мѣстностей: Egelsee, Wurtemberg, leg. Hirthal.. Ofronten, Bavaria, leg. Dr. E. Kugler, e F. Schultz, Herbarium normale. Nov Ser. Cent. 23. № 2291. La Grave, H-tes Alpes, leg. F. Bernard. Bremenz, Vorarlberger Alpen, Dr. Sauter, sub P. flexuosa Wallich. In monte balesiaco Gemmi, herb. Schroeter. 1) Poa arctica описана въ одно время съ Poa flexuosa, т. е. въ 1824 г. Слѣдовательно, вопросъ о томъ, которое названіе является болѣе древ-нимъ, остается открытымъ. Tirolia centralis, in alpe Valming prope Gossensass, leg. Huter. Flora exsiccata Austro-Hungaria. № 3972. Poa arctica R. Br., напротивъ, растеніе низкое, выс. въ 10 - 20 сант. Вѣтки соцвѣтія съ 1 - 2, рѣже 3-мя колосками длиною въ 4 - 5 mm., шир. въ 4 - 5 mm. Язычекъ короткій. Метелка не сжатая, короткая. Колоски съ двумя цвѣтками. Колосковая пленка болѣе короткая и широкая, ея киль менѣе прямой. Пленка темно-фіоле-товая, съ ржаво-бурой пленчатой каймой, съ серебристыми волос-ками, которые сидятъ не только по краямъ и вдоль срединной жилки, на ея спинкѣ, но по всей пленкѣ. За исключеніемъ каймы, жилки отсутствуютъ. Гербарные экземпляры (изъ общаго герб. Ботан. Сада Петра Великаго) я видѣлъ изъ слѣдующихъ мѣстностей Скандинавіи : Karesuando sub. P. flexuosa L. L. Laestadius misit; det. est P. cenisia All. flexuosa Karesuando, Tornea, Lappmark, herb. normale Fries, fasc. III sub P. flexuosa Wbg. Въ гербаріи Ботанич. Музея Академіи Наукъ. Dovre: Kongsvold, Kundsho, leg. Haglund et Kallstroem, Flora Norvegica, sub Poa cenisia All.. 18/7 94. Leg. C.H. Johanson, sub Poa cenisia B. flexuosa Wg. Dovre, Kundsho. 18 31/7 94. Въ предѣлахъ Европейской Россіи Poa arcica встрѣчается на Новой Земдѣ, Колгуевѣ, на сѣверномъ Уралѣ, Канинѣ, какъ свидѣтельствуютъ растенія, собранныя разными лицами и хранящіяся въ Русскомъ Гербаріи Ботан. Сада Петра Великаго. Подъ названіемъ Poa cenisia здѣсь находятся кромѣ того и нѣсколько растеній (съ Канина и съ Кольскаго пол.), которыя въ дѣйствительности болѣе походятъ на Poa pratensis и являются, быть можетъ, арктической ея разновидностью или даже расой, географическимъ видомъ.

Glyceria vaginata Lge.
Gl. v. Lfe. Fl. Dan. tab.2583; Copnsp. Fl. Groenl.. р. 168.- Glyceria distans ((L.) Wbg., Ostenfeld. Fl. arct. 127 (р. р.). - Atropis distans (L.) Gris. Hjelt, Consp. I. 429 (р. р.). - Glyceria distans Wg. sbp. v. (Lge.) R. Pohle, in herbario Ross. Hort Bot. Imper.). На глинистомъ берегу моря, собрано мною въ Кандалакшѣ. Въ Русскомъ Гербаріи Ботан. Сада Петра Великаго находятся гербарные экземпляры изъ Lapp. Imandrensis. Кандалакша, на песч. берег. обрывахъ острова Малаго, leg. - Н и м а н ъ , опр. П о л е. Умба, leg. et det. П о л е. 1) Въ сѣверной Россіи Glyceria vaginata впервые найдена Р. Р. Поле. Кромѣ того собрана Р. Поле въ ямахъ у устья сѣверной Двины и въ Сумскомъ посадѣ. Glyceria distans финскихъ бо-таниковъ (Hjelt, Mela-Cajander), растущая по берегамъ Бѣлаго моря, въ сущности замѣтно отдичается отъ таковой болѣе южныхъ мѣстностей, и вполнѣ соотвѣтствуетъ описанію и рисунку Glyceria vaginata, которые намъ даетъ Lange въ своей Flora Danica (tab. 2583). Характерными признаками этой Glyceria являются, согласно словамъ Lange , широкія верхнія влагалища, тонкія вѣтви метелки, и пленка, которая значителъно превышаетъ наружную. Вѣтви метелки до и послѣ цвѣтенія приподняты, колоски съ 5-6 цвѣтками, листья узко-линейные, плоскіе, въ сухомъ видѣ свернутые. Ostenfeld въ своей Flora arctica (р. 127) приводитъ для Gl. distans синонимъ G. vaginata Lge. Fl. Dan. 2583, причемъ онъ говоритъ, что видѣлъ оригинальные экземпляры (vidi spec. orig.). Glyceria distans, говоритъ онъ далѣе, весьма измѣнчива. Растеніямъ съ большими цвѣтами (3 или 4 mm., G. dist. 2 mm.), что часто бываетъ у злаковъ въ арктическихъ странахъ, и съ тонкими вѣтками соцвѣтія, которыя при этомъ очень рѣдко согнуты внизъ (какъ у типичной Gl. distans), обыкновенно даютъ названіе Gl. arctica Hook. иди Gl. vaginata Lge. Къ описаніымъ Lange и Ostenfeld'а вполнѣ подходятъ экземпляры Glyceria vaginata Lge., собранные въ Гренландіи въ Egedesminde (leg. Warming et Holm) и въ Claushavn (comm. N. I. Andersson, leg. ?). Длина цвѣтковъ этихъ растеній ок. 3-3,5 mm; вѣтви метелки приподняты, верхнія влагалища широкія. Растенія съ Бѣлаго моря обладаютъ тѣми же характерными признаками, какъ и G. vaginata: большей величиной цвѣтковъ, приподнятыми вѣтками метелки и широкими верхними влагадищами. Не подлежитъ, слѣдовательно, сомнѣнію, что Glyceria distans съ Бѣлаго моря стоитъ ближе къ гренландскому растенію, которое Lange называетъ Gl. vaginata, чѣмъ къ Glyceria distans болѣе южныхъ мѣстностей. Возникаетъ однако вопросъ, слѣдуетъ ли расматривать Glyceria vaginata, какъ самостоятельный видъ, или сѣверную расу Glyceria distans, иди же, какъ географическую разновидность этой послѣдней, т. е., какъ предѣлъ ампдитуды измѣнчивости ея въ арктическихъ странахъ подъ вліяніемъ клима тическихъ и другихъ факторовъ.

Eriophorum gracile Koch.
E.g. Koch, in Rpth. Cat. II. Add. 259; Hjelt Consp. I, 205. Найденъ мною на топкомъ болотѣ со Sphagnum'омъ и Camthothtceim nitens, между падуномъ р. Варзуги и Сергозеромъ. E. gracile указывается подъ названіемъ Е. triquetrum въ русской Лапландіи только J. Fellman'омъ, который находилъ зтотъ видъ у озера Pollomjavr, мѣстонахожденіе котораго однако Hjelt'у неизвѣстно (Consp. I, р. 205). Очевидно зто озеро находится въ западной ея части близъ финляндской границы, такъ какъ J. Fellman1) изслѣдовалъ мѣстность только между городомъ Кемь, Кандалакшей и Колой, и къ западу отъ Колы, до оз. Энаре. Въ Русскомъ Гербаріи И. Бот. Сада II. В е д. находится гербарный листъ съ этикеткой "Eriophorum gracile. Lapponica ross.", а на другой этикеткѣ напечатано "herbarium J. Klinge". Часть растеній съ этого листа дѣйствительно Е. gracile, но гдѣ они собраны, неизвѣстно. Въ финской Лапландіи ыы имѣемъ указанія для Lapponia kemensis и Lapponia inarensis. По Mela-Cajander Er. gracile встрѣчается также и по всему поморью (Pomoria occidentalis et orientalis, Karelia Keretina); съ восточнаго берега Бѣлаго моря я гербарныхъ экземпляровъ не видѣлъ. Р. Поле ее собиралъ къ востоку отъ Архангельска въ Пинежскомъ уѣздѣ (Герб. Бот. Сада П е т р а В е л.).
1) J. Fellman, Index plantarum phanerogamarum in territorio Kolaensi lectarum. Bull. Soc. Nat. Moscou III. р. 301.

Salix pirolaefolia Ledb.
Среди собранныхъ мною на Кольскомъ полуостровѣ ивъ оказаласъ небольшая вѣтка Salix pirolaefolia Ledb.2). Найдена она была на берегу моря между Чавангой и Тетринымъ, на лужайкѣ съ зарослями ивы, среди которыхъ встрѣчался также гибридъ S. hastata L. X S. lanata L.. S. pirolaefolia является новымъ для всей Фенноскандіи растеніемъ. Она весьма распространена въ сѣверо-восточной части Европейской Россіи, такъ, напр., Р. П о л е3) приводитъ ее для лѣсовъ на аллювіальныхъ почвахъ по берегамъ рѣкъ въ южной части Канина. Ширяевъ4) приводитъ ее для
2) Мои ивы любезно опредѣлилъ докторъ П. Лакшевичъ въ Либавѣ.
3) R. Pohle. Pflanzengeographische Studien uber die Halbinsel Kanin. I. р. 67.
4) Снятковъ, Ширяевъ, Перфильевъ. Опредѣлитель растеній лѣсной полосы сѣверо-востока Европейской Россіи. Вологда. 1913 г. р. 64.
Пермской и Архангельской губ. Коржинскимъ1) она указы-вается для югозападной и сѣверной частей Пермской губ. (р. Лозьва, р. Сосьва). По Ледебуру2) она собрана Шренкомъ по р. Печорѣ и встрѣчается также на Алтаѣ и у Байкала. Salix Dasyclados Wimm. Эта ива найдена мною стерильными экземплярами въ двухъ мѣстахъ въ окрестностяхъ села Кузомень : на песчаномъ лѣвомъ берегу рѣки Варзуги и на аллювіальномъ островѣ между с. Кузо-мень и с. Варзуга. Какъ и предыдущій видъ, эта ива является новинкой для флоры Фенноскандіи3). Она также весьма распространена къ востоку отъ Бѣлаго моря, и произрастаніе ея на Кольскомъ полуостровѣ не является поэтому неожиданнымъ. По Sommier 4) она принадлежитъ къ наиболѣе обыкновеннымъ ивамъ въ низовьяхъ Оби. S. pirolaefolia и S. dasyclados являются такимъ образомъ новыми представитедями восточной флорѣ въ Фенноскандіи.
1) Коржинскій, Tentamen Florae Rossicae orientalis, p. 386.
2) Ledebour, Flora Rossica. III. р. 613.
3) Впрочемъ, П. Лакшевичъ при опредѣленіи этой ивы поставилъ на ярлыкѣ съ названіемъ растенія вопросительный знакъ.
4) Sommier. Flora del ob inferiore. Firenze. 1896. р. 88. ли R. haem.

Rumex haplorhizus Czern.
R. haplorhizus Czern.Turczaninow. Bull. Soc. Nat. Moscou. XXV. 1852, II, р. 445. R. acetosa L. var. haplorhizus Trautv. Bull. Soc. Nat. Moscou. 1867. ХL, р. 77. R.a. L. var. auriculatus Wallr. Sched. crit. 1822, р. 182 ; Murv. Bot. Not. 1899, 1, р. 39 (р. р.). R. haematinus Kihlm. Medd. af Soc. pro f. et fl. fenn. . 25, р. 85. На песчаныхъ берегахъ рѣкъ и морей. Собранъ мною въ слѣдующихъ мѣстностяхъ : Кузрѣка ; Кузомень ; с. Варзуга ; р. Варзуга у р. Ѳадалей ; р. Поной между р. Лосенгой и р. Лебяжей ; Долгая Губа между с. Поноемъ и Сосновцемъ ; Сосновецъ ; с. Чапома. Собранныя мною растенія относятся къ типичному R. haematinus Kihlm., отличающемся отъ R. acetosa L. var. haplorhizus Trautv. . болѣе широкими стеблевыми листьями, большими свѣтло-коричневыми сѣмянками, темно-красной окраской соцвѣтія и толстымъ веретенообразнымъ корневищемъ. Впрочемъ, эти признаки непостоянны, такъ что самъ Kihlman сомнѣвается, не является сѣверной разновидностью или подвидомъ R. auriculatus. S. Murbeck, опредѣливъ R.h., собранные Р. Поле въ Кандалакшѣ, пишетъ на этикеткѣ одного растенія въ Русск. Гербаріи И. П. Бот. Сада: "ob eine selbstandige Art, ist vielleicht etwas zweifelhaft". R. haem. Kihlm. является, на мой взглядъ, тождественнымъ съ R. haplorhizus Czern., который описанъ Турчаниновымъ изъ Забайкалья. Rumex haplorhizus весьма распространенъ въ сѣверной Россіи, а также и въ Сибири, гдѣ является, очевидно, однимъ изъ наиболѣе обыкновенныхъ видовъ рода Rumex. Гербарные экземпляры, хранящіеся въ Сибирскомъ и Арктическомъ Гербаріяхъ Ботаническаго Сада Петра Великаго (напр. leg. Мамѣевъ въ Тобольскомъ уѣздѣ; leg. Ганешинъ въ Балаганскомъ уѣздѣ Иркутской губ. sub. R. acetosa var. hapl. Trautv.; leg. Дробовъ въ Маріинскомъ уѣздѣ Томской губ. sub R. acetosa; leg. Клопотовъ въ Бійскомъ уѣздѣ Томской губ. sub. R. acetosa; leg. Тугариновъ въ Туруханскомъ краю, det. Pohle и др., чрезвычайно походятъ на Rumex haematinus Kihlm. съ Кольскаго полуострова. Верхніе стеблевые листья этихъ растеній обыкновенно узкіе, ихъ ддина нерѣдко въ 5-7 разъ превышаетъ ширину. Прикорневые и нижніе стеблевые листья широкіе, овальные или овально-ланцетные или стрѣловидные. Боковыя лопасти согнуты кнаружи или вверхъ, короче, чѣмъ у R. auriculatus Wallr. (см. ниже). Такъ, напр., длина прикорневыхъ листьевъ Rumex hapl. изъ Тобольской губ. (собр. Мамѣевъ) равнялась 8,5-11 сант., а ширина 2,7 сант.; соотвѣтствующія чисда для стеблевыхъ листьевъ были 8 и 1,5 сант. Корневище сибирскихъ растеній веретенообразное, соцвѣтіе крупное, густое, вѣтвистое, ярко-красное. Сѣмянки, окрашенныя въ свѣтло-коричневый или темно-, иногда почти ч?рно-бурый цвѣтъ, длиною въ 2-2,5 шш., шир. въ 1,2-1,3 тт. Изъ предѣловъ европейской Россіи я видѣлъ типичные Rumex haplorhizus (кромѣ перечисленныхъ выш? мѣстностей на Кольскомъ полуостровѣ) съ Печоры (leg. Р. П о л е), съ устья Сѣверной Двины, островъ Ягры (leg. Р. П о л е), изъ Верхней Тоймы Сольвычегодскаго уѣзда Вологодской губ. (leg. Р. П о л е), изъ Сумскаго по-сада (leg. Р. П о л е).
1)Rumex hapl. Czern. встрѣчается также по берегамъ Обской губы, гдѣ она собрана Бушевичемъ въ бухтѣ "Находка" на низкой тундрѣ. (det. П о л е, см. "П и г н а т т и, Гербарій Тоб. Губ. Музея" въ Ежегодникѣ Тобольскаго Губ. Музея. XXIV. 1914).
Однако здѣсь встрѣчались также растенія съ болѣе узкими прикорневыми листьями, напоминавшія R. acetosa L. var. auriculatus Wallr.. Относителъно R. acetosa L. var. auriculatus Wallr. замѣтимъ слѣдующее. Тождественъ ли R. auricul. съ R. haplorhizus Czern. или нѣтъ, я рѣшить не могу, не имѣя въ моемъ распоряженіи соотвѣтствующаго гербарнаго матеріала. Хранящійся въ Общемъ Гербаріи Бот. Сада ІІетра Великаго Rитех auriculatus, очевидно, оригинальный экземпляръ Wallroth'a1), нѣсколько отличается отъ сѣверно-европейскихъ и сибирскихъ R. haplorhizus. Прикорневые листья стрѣловидные, ддиною въ 5,5 сант., шириною въ 1 сант.; длина боковыхъ лопастей, согнутыхъ наружу и нѣсколько внизъ - 2 сант. Корень веретенообразный, соцвѣтіе сильно вѣтвистое. Створочки почти круглыя, длина 2,5 тт., ширина 2 тт., сѣмянка почти черная, блестящая, длиною въ 1,8 mm., шир. 1mm. R. auriculatus Wallr., воспроизведенный у Reichenbach, Icones florae Germaniae. XXIV, tab. 196, вполнѣ походитъ на вышеупомянутый оригиналъный экземпляръ Wallroth'a. Синонимомъ его является R. thyrsiflorus, описанный Fingerhut'ом въ журналѣ Linnaea въ 1829 году. Сюда же слѣдуетъ, очевидно, отнести R. acetosa var. auriculatus, описанный Murbeck'омъ. Во всякомъ случаѣ растенія изъ сѣверной и сѣверовосточной части Европейской Россіи и Сибири, въ томъ числѣ и R. haematinus Kihlm. съ Кольскаго пол., обитающія болѣе или менѣе обособленный ареалъ, по сходству ихъ морфологическихъ признаковъ необходимо соединить подъ однимъ общимъ названіемъ, а именно R. haplorhizus Czern., который нѣскодько отличается отъ R. auriculatus Wallrot'a и Murbeck'а. Быть можетъ, со временемъ окажется необходимымъ совершенно отдѣлить R. haplorhizus отъ R. auriculatus Wallr. = R. thyrsiflorus Fing., произрастающаго къ западу и югозападу отъ него и встрѣчающагося въ западной Европѣ. Rumex graminifolius Lamb.v. sublanceolatus Scheutz. Murb. Bot. Not. 1899, 1, р. 42. - R. acetosella L. gr. (Lamb.) Mela-Caj. 219.
1) Подпись отсутстсвуетъ, но на этикеткѣ между Прочимъ написано: "R. auriculatus mihi fl. nat.".
2) См. Ascherson und Graebner, Synopsis. IV, р. 772.

Принадлежность этого восточнаго Rumex къ флорѣ Фенноскандіи впервые была установлена Murbeck'омъ (1. с.), опредѣлившимъ растенія, собранныя Kihlman'омъ въ Чавангѣ (Lарр. Vаrsugae) R. gram. v. sublanc., очевидно, болѣе распространенъ на Кольскомъ полуостровѣ, такъ какъ мною собраны экземпляры въ Lарроnіа murmanica (Харловка на песчаной террасѣ), Lapponia tulomensis (Озерко на Рыбачьемъ полуостровѣ, на берегу моря ), а также и въ Lapponia Varsugae (с. Кузомень, песчаный берегъ моря). Mela-Caj. указываютъ этотъ Rumex только для Karelia olonetsensis, Pomoria orientalis и Lapponia Varsugae, а въ Норвегіи онъ встрѣчается, согласно указанію Blytt'а (Norges Flora. 1906, р. 285 = f. integrifolius Wallr.), въ Финмаркенѣ на песчаныхъ берегахъ моря и рѣкъ. Въ восточной части Архангельской губ. Rum. gram. vаг. sublanceolatus встрѣчается, между прочимъ, на Колгуевѣ (многочисленные экземпляры собр. Поле, просмотрѣнные S. Murbeck'омъ) и на Печорѣ (собр. Шренкъ, просм. Murbeck). Подъ назв. vаг.integrifolius Wallr. онъ упоминается также Снятковымъ, Ширяевымъ и Перфильевымъ въ ихъ опредѣлителѣ растеній сѣверо-востока Европ. Россіи.

Polygonum bistorta L.
Sp. Pl. 360; Hjelt. Consp.. II. р. 199; Mela-Caj. 222. Polygonum bistorta встрѣчается въ восточной прибрежной части Кольскаго полуострова, гдѣ онъ былъ найденъ ок. Качковки, Панфиловки, Святого носа, Лумбовскаго залива, Орлова, Раддеой (см. указ. Hjelt'а въ Consp. II, р. 200). Мною онъ найденъ близъ устья р. Пялки, между Поноемъ и Сосновцемъ. Всѣ эти мѣстонахожденія находятся въ предѣлахъ Lapponia ponojensis. Pol. Bistorta указывается у Mela-Cajader на Кольскомъ полуостровѣ только для Lap. ponojensis. Однако, онъ заходитъ, очевидно, гораздо дальше на западъ, такъ какъ въ Русскомъ Герб. Бот. Сада П е т р а В е л. находятся экземпляры, собранные еще Миддендорфомъ въ Шурѣцкой и Териберской губахъ и Шренкомъ на Нокуевѣ; всѣ эти мѣстности находятся уже на Мурманскомъ берегу, въ так. наз. Lapponia murmanica, т. е. значительно западнѣе перечисленныхъ Hjelt'омъ мѣстонахожденій. Polygonum Raji var. borealis А. Аrrh. Меdd XVI. 191; Hjelt Consp. II. р. 221.
1) Растенія изъ Озерка опредѣлены Murbeck'омъ.
Найденъ мною на сыпучемъ пескѣ возлѣ колоніи Териберка на Мурманскомъ побережьѣ. Pol. R. var. bor. весьма походитъ на Polyg. aviculare, въ особенности на низкорослыя его формы, но замѣтно отличается отъ него своими длинными, постепенно съуживающимися блестящими и гладкими коричневыми зерновками, значительно превышающими околоцвѣтникъг; отъ типичной P. Raji она отличается своимъ низкимъ ростомъ (выс. моихъ раст. 6-8 сант.), а также простымъ, мало облиственнымъ стебдемъ. Растеніе однолѣтнее. Pol. R. f. borealis впервые описана Arrhenius'омъ изъ сѣверной Норвегіи (Yaesseby и Nyborg въ Varangria) . Впослѣдствіи онъ найденъ и въ другихъ мѣстахъ у Varangerfjord'a (см. ук.Hjelt'а). Mela-Cajander, а также и Hjelt соединяютъ Polyg. Raji var. borealis съ Polyg. aviculare f. anomala Norm., который приводится ими для Lapp. inarensis (мѣстонахожденія Arrhenius'а) и Lapponia imandrensis (Умба, leg. Kihlman). Не видавъ оригинальныхъ Polyg. aviculare f. anomala Norm., я не могу рѣшить вопросъ о тождествѣ этихъ двухъ разновидностей. Во всякомъ случаѣ растенія изъ Териберки длиною и обликомъ своихъ зерновокъ (см. примѣчаніе) находятся гораздо ближе къ Polygonum Raji и ни въ какомъ случаѣ не могутъ быть соединяемы съ Polygonum aviculare. Не выяснено также, является ли var. borealis Arrh. только сѣверной разновидностью Р. Raji, или же самостоятельнымъ географическимъ или формаціоннымъ видомъ Р. Регеля (1. с. р. 512 и 513).
1) У собранныхъ мною растеній незрѣлыя зерновки на треть превышали околоцвѣтники. Arrhenius говоритъ, что у описанныхъ имъ растеній зерновки не превышаютъ околоцвѣтники, что, очевидно, зависитъ отъ того, что онѣ не были развитыми. У типичнаго Р. R. зерновка вдвое превышаетъ околоцвѣтникъ (см. Blytt. Norg. Fl.. 1906, р. 288).

Cerastium Fischerianum Ser.
D.C.Prodromus.. I. р. 419. Собранъ мною въ окрестностяхъ с. Поноя (по дужайкамъ на южномъ склонѣ горы) и въ Харловкѣ. Въ аркт. Гербаріи Ботан. Сада Петра Великаго хранится гербарный экземпляръ, собр. Фаасомъ у горы Падасъ-Варъ на Нотѣ, опредѣленный Р. Поле. Cerastium Fischerianum Ser. впервые указывается для флоры Фенноскандіи Фритчемъ2), опредѣлившемъ гербарій, собранный
2) Oesterr. Bot. Zeitschrift. 1904. Band 54, р. 192.
Граффомъ въ Александровскѣ. Финскими учеными, какъ напр., Hjelt'омъ, Ме1а-Саjаnder'омъ, онъ для Фенноскандіи не приводится и, очевидно, смѣшивается съ весьма сходнымъ Cerastium alpinum L. , отъ котораго отличается, однако, своими клейковато-жестковатыми стебдями, болѣе мелкими разставленными яйцевидными листьями, ланцетными чашелистиками и общей формой чашечки, которая у него болѣе широкая и вздутая, чѣмъ у С. alpinum. Въ восточной части Архангельской губ. C. Fischerianum весьма распространенъ. Такъ, напр., въ Гербаріи Ботан. Сада Петра Вел. я видѣлъ типичныя C. Fischerianum изъ слѣдующихъ мѣстностей : Канинъ, собр. и опред. Р. П о л е. Канинъ носъ, собр. Григорьевъ, опред. Р. П о л е. Колгуевъ, собр. и опред. Р. П о л е. Печора, собр. Schrenk, sub C. vulgatum var. grandiflora Fenzl.. Cerastium alpinum L. var.. опредѣл. Р. П о л е, sub. C. Fisch.. Берегъ рѣки Уссы, собр. и опред. Р. П о л е. Ad mont. Jegenni Pai, adjac. собр. и опред. Р. Поле. Весьма распространенъ C. Fischerianum Ser. также и на Новой Землѣ, гдѣ, по моимъ набдюденіямъ въ 1915 году, онъ встрѣчается значительно чаще C. alpinum L., съ которымъ его обыкновенно смѣшиваютъ. Весьма обильно онъ тамъ произрастаетъ въ качествѣ сорнаго растенія вблизи жилищъ во всѣхъ становищахъ. C. Fischerianum Ser. встрѣчается также въ сѣверной Сибири, какъ свидѣтельствуютъ растенія, собранныя разными лицами, между прочимъ, въ низовьяхъ Оби, Енисея, Лены, по Колымѣ, отчасти опредѣленныя Р. Поле и хранящіяся въ Герб. Ботан. Сада Петра Великаго подъ разными названіями. Западный предѣлъ своего распространенія C. Fischerianum Ser. имѣетъ на Кольскомъ полуостровѣ или въ восточной части финской Лапландіи.

Ranunculus peltatus (Schrank) var. septentrionalis Lindb. fil. R.p. (Schrank) Gehlert, Bot. Tidssk. r. 19, 1; var. sept. Lindb. fil, Hjelt. Consp. III. р. 228. Найденъ мною въ большомъ количествѣ въ медленно текучей водѣ р. Варзуги отъ села Варзуги до Падуна. Указывался для Кольскаго полуострова пока только для Lapp. tulomensis. Lapp. murmanica (Воронинскъ, Ловозеро, собр. Kihlman), Lapp. ponojensis (Поной, собр. N. J. Fellman). См. Mela-Cajander р. 278 и Hjelt, Consp. l.c.

Ranunculus radicans C.A. Mey.
Этотъ новый для флоры Фенноскандіи видъ, часто встрѣчающійся въ восточной части Архангельской губ., найденъ мною въ небольшомъ количествѣ въ высохшей лужѣ на берегу рѣки Стрѣльны, у волока на р. Варзугу. Ввиду того, что рѣка Стрѣльна совершенно не изслѣдована въ ботаническомъ отношеніи, за исключеніемъ ея устья на Бѣломъ морѣ у деревни того же названія, мнѣ не извѣстно, насколько здѣсь распространенъ R. radicans. Я здѣсь не буду касаться вопроса о систематикѣ R. radicans и близкихъ къ нему формъ, не считая себя для этого достаточно компетентнымъ. Собранныя мною растенія по своимъ признакамъ совершенно соотвѣтствуютъ описанію R. radicans С. А. М е у. = R. radicans et R. Purschii Ledeb. у Sommier въ его Flora del Ob inferiore1). Они покрыты ддинными шелковистыми волосками, лепестки значитедьно длиннѣе чашечки, клювъ плодика мечевидно-согнутый, листья круглые, почковидные, разсѣченные на узкія, клиновидныя, острыя доли.

Alchemilla subcrenata Buser.
A.s. Buser, Lindb. in Acta Soc. Sc. fenn. ХХХ. № 10, р. 75. Этотъ неуказанный еще для Кольскаго полуострова видъ, но встрѣчающійся по Lindberg'у въ сосѣдствѣ съ Кольскимъ полуостровомъ на Соловецкихъ островахъ и на восточномъ берегу Бѣлаго моря, найденъ мною въ Умбѣ и у села Поноя, гдѣ произрасталъ совмѣстно съ Alchemilla acutidens.

Astragalus arcticus Bge.
A.a. Bge. Monogr. Astr.. XV. р. 27. - A. alpinus L. Mela-Caj. 371. Mela и Cajander (Suomen Casvio) приводятъ для флоры Финляндіи Astragalus alpinus L., слѣдуя при этомъ примѣру шведскихъ и норвежскихъ ботаниковъ, какъ напр., Blytt'а (Norges Flora), Neuman'а (Sveriges Flora), Hartman (Handbok i Skandinaviens Flora)2). Astragalus alpinus L., однако, какъ говоритъ Bunge своей извѣстной монографіи, замѣтно отличается отъ описаннаго имъ, впервые, А. arcticus.
1) Sommier приводитъ здѣсь діагнозъ Freyn'а, который просмотрѣлъ собранные имъ по р. Оби виды Ranunculus.
2) Федченко и Флеровъ. Флора Ввропейской Россіи, стр. 570, приводятъ для сѣвера и востока Россіи Astragalus alpinus и A. arcticus.

У А. arcticus лодочка цвѣтка гораздо короче паруса. Крылья одинаковой съ лодочкой длины или нѣсколько длиннѣе ихъ. Лодочка А. alpinus, напротивъ, длиннѣе паруса, а крылья значитедьно короче лодочки. Къ тому же окраска цвѣтовъ у А. arcticus болѣе темная, и размѣры всего растенія больше. Что же касается географическаго распространенія, то Astragalus arcticus произрастаетъ, согласно указанію Bunge, въ финской и русской Лапландіи, въ Самоѣдскомъ краѣ, на Новой Земдѣ и въ арктической восточной Сибири. Къ этимъ мѣстонахожденіямъ А. arcticus слѣдуетъ еще прибавить слѣдующія: въ Европейской Россіи о. Колгуевъ и полуостровъ Канинъ, изъ каковыхъ мѣстъ въ Русскомъ Герб. Ботан. Сада Петра Великаго находятся экземпляры (sub Astr. alpinus), собранные Р. Поле и отчасти С. Григоръевымъ. На Скандинавскомъ полуостровѣ Astrag. arcticus весьма распространенъ въ сѣверной его части. Гдѣ здѣсь проходитъ граница между А.alpinus и А. arcticus, я, вслѣдствіе отсутствія достаточнаго матеріала, рѣшить не могу. Типичны? зкз. А. arcticus я видѣлъ въ Общемъ Герб. Бот. Сада Петра Великаго изъ Lapponia Lulensis (Omickjok, sub A. alpinus) и изъ Jemtia (Froso, leg. Bjorling, sub A. alpinus) У другихъ экземпляровъ изъ той же области (in alpe Areskjutan, leg. Sjogren) парусъ одинаковой длины с лодочкой. Растенiе, собранное Sommerfeldt'омъ въ Saltdalen (Gudbrandsdalen въ Норвегіи), уже весьма походитъ на A. alpinus. Все растеніе значительно меньше, чѣмъ типичный А. arcticus. Флагъ короче лодочки, но крылья, какъ у А. arcticus, нѣсколько длиннѣе лодочки. Очевидно, Astragalus alpinus и Astragalus arcticus связаны многими переходными формами. Согласно словамъ Б у н г е, Astragalus alpinus произрастаетъ на горахъ Европы и южной Сибири. Въ сѣверной и сѣверо-восточной частяхъ Сибири А. arcticus (въ Сиб. Герб. Бот. Сада, отчасти подъ названіемъ A. alpinus) весьма распространенъ, а въ южной Сибири его замѣняетъ A. alpinus. И здѣсь оба вида связаны между собою переходными формами, каковыми являются, напр., растенія, собранныя Крюковымъ (Сибирскій Герб. Бот.Сада П. В.) въ долинѣ Пареньги (Читинскій уѣздъ Забайк. обл.) и Ярыгинымъ въ бассейнѣ Витима (Баргузинскій уѣздъ Забайк. обл.). Крылья у этихъ экземпляровъ короткія, парусъ одинаковой съ лодочкой длины или нѣсколько длиннѣе его. Такимъ образомъ Astragalus alpinus L. слѣдуетъ исключить изъ флоры сѣверной Фенноскандіи и сѣверной Сибири, такъ какъ онъ замѣняется здѣсь Astragalus arcticus Bunge.

Castilleja pallida (L.) Kunth.
Приводится въ финской флорѣ Mela-Cajander только для Lapponia imandrensis, Lapp. ponojensis и Lapp. murmanica. Между тѣмъ въ Русскомъ Гербаріи Ботан. Сада Петра Великаго имѣются экземпляры, собраяные очевидно еще Шренкомъ (13 іюля 1839 г.) въ Lapp. tulomensis у горы Virz Varysch oisi, т. е. на восточномъ берегу Нотозера, недалеко отъ финляндской границы. Очевидно, это наиболѣе западное мѣстонахожденіе Castilleja pallida въ Фенноскандіи, такъ какъ она не встрѣчается ни въ Норвегіи, ни въ Швеціи (см., напр., флоры Blytt'а и Neuman'а).

Matricaria ambigua Ledeb.
К р ы л о в ъ , Флора Алтая. III, стр. 625. - Pyrethrum ambiguuv Ledb. Fl. Alt IV, р. 118. - Matricaria inodora L. var. phaeocephala Rupr. Flor. Sam. р. 42. - M.I. L. b borealis Hartm. Scand. Fl. (1870). р. 2. - M. in. L.. ambuqua (Kedb.) et var. phaeocephala Rupr. Fellm. Plantae Vasc. р. 33. Встрѣчается по сорнымъ мѣстамъ и по берегамъ морей. Собрана мною въ Кандалакшѣ, Умбѣ, Кузрѣкѣ, с. Поноѣ, у тстъя р. Пялки, въ Териберкѣ, Харловкѣ, на остр. Кильдинъ, въ Колѣ, Александровскѣ и въ бухтѣ Озерко на Рыбачьемъ полуостровѣ. Отличительными признаками Matricaria ambiqua являются, по сдовамъ Ледебура, простые или на верхушкѣ вѣтвистые, прямостоячіе стебли, большія корзинки, листочки обвертки которыхъ имѣютъ черноватую пленчатую кайму. Корзинки сидятъ одиночно на верхушкѣ стеблей и вѣтокъ. Окраина сѣмянки пленчатая, лопастная, не цѣльная. Matricaria ambiqua указывается для Кольскаго полуострова впервые N. J. Fellman'омъ наряду съ M. inodora и М. inodora vаr. phaeocephala Rupr. Крыловъ указываетъ ее, между прочимъ, и для арктической Россіи, Новой Земли и арктической Сибири. Mela-Cajander (Suomen Casvio) указываютъ, однако, для флоры сѣверной Финляндіи, въ томъ числѣ и Кольскаго пол. и Поморья, Matricaria inodora L. vаr. borealis Nm., которая является, однако, отчасти синонимомъ Matricaria ambiqua. Діагнозы этой разновидности, которые намъ даютъ Hartmann въ 10-мъ изданіи своего Handbok; (Holkfjallen dubb. storre, aflanga med bred svart hinnkant) и Neuman въ своей статьѣ "Studier ofver Skanes och Hallands Flora" (Botaniska Notiser. 1882, pag. 174), не содержатъ такихъ существенныхъ признаковъ, которыми можно было бы рѣзко раздичить M. inodora vаr. borealis отъ M. ambiqua. Правда, Neuman говоритъ, что вѣнчикъ язычковыхъ цвѣтковъ у Matricaria inodora vаr. borealis - трехзубчатый, и что длина этихъ цвѣтковъ равняется 10-12 mm. У кольскихъ же растеній, по моимъ наблюденіямъ, язычковые цвѣтки имѣютъ 3-4-5-зубчатый вѣнчикъ, а ихъ длина колеблется между 12-13 и 15-19 mm. Эта небольшая разница въ длинѣ язычковыхъ цвѣтковъ не имѣетъ, на мой взглядъ, большого значенія, тѣмъ болѣе, что Neuman описываетъ свои растенія не изъ сѣверной, но изъ южной Швеціи. Matricaria ambiqua съ Кольскаго пол. нѣсколько отличается отъ западно-сибирскихъ растеній изъ Томской и Енисейской губ., хранящихся въ Сибирскоыъ Гербаріи Бот. Сада Петра Великаго (собр., напр., Б. Н. Клопотовъ въ Кузнецкомъ Алатау ;Кузнецовъвъ Каинскомъ уѣздѣ Енисейской губ.), и не вполнѣ подходитъ къ діагнозу К р ы л о в а. Прежде всего она не имѣетъ ползучихъ корневищъ, каковой признакъ приводится во флорѣ К р ы л о в а. Стебли часто сильно вѣтвистые, рѣже простые, крупныя корзинки сидятъ, однако, единично на верхушкѣ стебля и вѣтвей. Широкая кайма листочковъ обвертки темно-бурая, нерѣдко даже коричневая и не окрашена въ столь черный цвѣтъ, какъ у сибирскихъ растеній. Во всемъ остальномъ кольскія растенія болѣе или менѣе подходятъ къ описанію К р ы л о в а. Такъ, напр., длина язычковыхъ цвѣтковъ равняется 13-16 mm., рѣже 16-18 mm., діам. обвертки 11-12-15 mm., сѣмянки съ тремя острыми ребрами на внутренней сторонѣ и съ выпуклой наружной стороной. Къ кольскимъ растеніямъ примыкаютъ также растенія, собранныя Р. Р. П о л е въ Обдорскѣ, Б. Ж и т к о в ы м ъ на Ямалѣ и Т у г а р и н о в ы ы ъ въ низовьяхъ Енисея. У растеній съ Новой Земли (собр. Р. П о л е) и Канина (собр. С. Григорь?въ) стебли низкіе, длиною въ 8-10 сант.; корзинки болъшихъ размѣровъ, и язычковые цвѣты длиннѣе (до 18 тт.), корневище у нихъ также не ползучее. На основаніи вышеизложеннаго, можно заключить, что Matricaria inodora ?аr. borealis Nm., которую финскіе ученые приводятъ для Кольскаго полуострова, въ сущности не что иное, какъ Matricaria ambiqua, весьма распространенная въ Сибири и указанная уже въ 60-хъ годахъ для Лапландіи N. J. Fellman'омъ. Часть кольскихъ растеній, ввиду иногда м.еньшей длины язычковыхъ цвѣтковъ, большей вѣтвистости стеблей и темно-коричневой (не черно-бурой или черной) окраски каймы на листочкахъ обвертки, являются переходными формами между Matricaria inodora и Matricaria ambiqua. Сюда же слѣдуетъ, быть можетъ, отнести Matricaria inodora vаr. borealis, описанную Neuman'омъ, изъ южной Швеціи.

Solidago Virgaurea L. var lapponica Wahlnb.
S.V. L. var. I. Wahlnbg. Fl. Suec. pag. 525 ; Ledb. Fl. Ross. II, р. 494. S.V. L. var. subglabra Neum. Bot. Not. 1896. № 6, pag. 279 et Sverides Flora, pag. 37 (р. р.). Встрѣчается на Кольскомъ полуостровѣ повсюду, въ лѣсахъ, по берегамъ рѣкъ, на лугахъ и на безлѣсныхъ вершинахъ горъ. Кольскія растенія замѣтно отличаются отъ растеній болѣе южныхъ мѣстностей своимъ соцвѣтіемъ, образующимъ чрезвычайно рѣдкую метелку, крупныя корзинки которой единично или попарно сидятъ на длинныхъ цвѣтоножкахъ въ пазухахъ верхнихъ листьевъ. Листья овальные или овально-ланцетные, на нижней поверхности голые или же на срединной жилкѣ съ негустымъ пушкомъ, цѣльнокрайніе или же слегка зазубренные. Ширина нижнихъ и среднихъ листьевъ весьма различная. Такъ, напр., у растеній, собранныхъ Р. Р. Поле, на Монче- и Чынъ-тундрахъ, она равняется 6 - 10 mm., у растеній, собр. мною по рѣкѣ Поною (близъ устья р. Іоканги) - 6 - 7 mm., 13 - 16 mm. у растеній, собр. мною въ окрестностяхъ с. Кузомень и на островѣ Кильдинъ ; 6-7 - 8 mm. у растеній, собр. мною въ Александровскѣ, 12 mm. у растеній, собр. въ средней губѣ Кольскаго залива; 15 - 19 - 20 у растеній съ заливного луга между Колой и Кицами ; 17 mm. у растенія изъ сосноваго лѣса въ Пулозерѣ. Высота этихъ растеній равнялась 20 - 30 сант. Въ Колѣ и на тундрахъ растенія быди значительно ниже (8 - 10 сант.). Отличительные признаки между Solidago Virgaurea и var. lapponica чрезвычайно непостоянны. Наиболѣе константной является форма соцвѣтія, и обыкновенно голые, рѣже почти голые листья. Wahlenberg (Flora lapponica, pag. 210) поэтому говоритъ, что S. lapponica Whlnbg. столь постепенно переходитъ въ S. Virgaurea, что не заслуживаетъ быть названной даже разновидностью S. Virgaurea. Такими переходными формами являются, напр., гербарные экземпляры изъ слѣдующихъ мѣстностей на Кольскомъ полуостровѣ:
Печенгскій монастырь, собр. Р. Ф. Ниманъ: соцвѣтіе ad var. lapponica, но листья съ пушкомъ на нижней поверхности.
Озерко, собр. К. В. Р е г е л ь: соцвѣтіе среднее между S. Virgaurea и var. lapponica, листья почти голые. Берегъ оз.
Имандра, собр. Р. Р. П о л е: соцвѣтіе какъ у S. Virgaurea, но листъя почти голые.
S. Virgaurea (типичная) мною собрана въ Кузомени, на горѣ Ильмѣ, по среднему теченію Поноя, а Р. Р. П о л е въ Кандалакшѣ (Русск. Герб. Ботан. Сада Пе т р а В е л.). Mela-Cajander приводятъ для Кольскаго полуострова f. arctica Hm. которая распространена по ихъ указанію въ Lapponia enontekiensis, Lapp. kemensis, Lapp. ponojensis. По Hartman (Handbok и Skand. Flora (1870) pag. 10) она обладаетъ слѣдующими отличительными признаками: растеніе низкое (выс. 5-7 дюймовъ), одноцвѣтный чешуйшатый стебель, прикорневые листья не отпадаютъ, съ едва замѣтно зубчатыми краями. Очевидно это только высокогорная форма S.Virgaurea var. lapponica, къ которой слѣдуетъ отнести растенія, собранныя Р. Р. П о л е на Монче- и Чынь-тундрахъ (sub. var. alpestris), изъ Колы (собр. К. В. Р е г е л ь, на тундрахъ), изъ Екатерининской гавани (собр. Г а д д ъ), а также и съ Канина Носа и отчасти съ Колгуева (собр. П о л е). Neuman (Bot.Not. 1. с.) описываетъ S. subglabra съ цѣльными и совершенно гладкими листьями и съ низкимъ стеблемъ (30 сант.). Въ своей Sveriges Flora онъ присовокупляетъ, что она имѣетъ большія и менѣе густо расположенныя корзинки, чѣмъ типичная форма, что нижніе листья не шире одного сант. и что она обнимаетъ S. litoralis Fr., lapponica Laest., arctica Hm., alpestris Bl. Такимъ образомъ въ сѣверной Фенноскандіи, и въ частности на Кольскомъ полуостровѣ, преобладаетъ географическая разновидность var. lapponica, которая является здѣсь, очевидно, результатомъ измѣняемости типичной S. Virgaurea подъ вліяніемъ мѣстныхъ климатическихъ и физикогеографическихъ условій. Эта разновидность незамѣтно переходитъ въ типичную S. Virgaurea, образуя также много переходныхъ формъ. При этомъ растенія, весьма напоминающія типичную S. Virgaurea, встрѣчаются также и въ восточныхъ частяхъ полуострова. На высокихъ горахъ (Монче-и Чынь-тундра) и въ области тундры (Кола, Канинъ-Носъ, Колгуевъ) мы находимъ форму arctica Hm, къ которой отчасти относится и var. subglabra Neuman'а.

Artemisia arctica Less.
Этотъ новый для флоры Фенноскандіи видъ впервые найденъ Р. Поле въ 1904 году въ Харловкѣ на Мурманскомъ берегу. Въ 1912 году я ее тоже собиралъ въ Харловкѣ, на ровной поверхности террасы у устья рѣки, покрытой тундрой. Здѣсь на крупно-песчаной почвѣ она произрастаетъ совмѣстно съ Salix arctica, Salix rotundifolia, Oxytropis sordida, Juncus trifidus, Dryas octopetala.